Европа |
Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )
![]() ![]() |
Европа |
Гость_YB_* |
![]()
Сообщение
#1
|
Гости ![]() |
О фильме "Европа"
К сожалению, не был на обсуждении фильма. Но так как фильм понравился - умный, серьезный, порой ироничный и лиричный - хочется обсудить. Но сразу скажу - не буду оценивать художественные достоинства фильма (хотя их много). Интереснее, на мой взгляд, политическая подоплека. И самый интересный вопрос - почему с самого начала фильма все персонажи заинтересованы в главном герое? Тут своих хлопот полон рот (разрушенная, разделенная на зоны страна, голод, население, фактически сочувствующее недобитым фашистам, надо налаживать промышленность) - отчего же все завращалось вокруг какого-то американского идеалиста ("надо всем вместе трудиться на благо Германии")? Ну, американскому генералу (похоже, коменданту оккупационной зоны или начальнику контрразведки) по штату положено. А что так рвется с ним знакомиться семья главы ж/д транспорта страны (!)? На взгляд, так сказать, конспирологический - его просто хотели использовать. И те, и другие. Но может быть правомерным и другой взгляд. Так же, как поезд "Франкфурт - Берлин", в котором герой работает проводником спального вагона, есть символ Германии, так и персонажей можно рассматривать как символы политических сил того времени. Первая - "вервольфы", не сдавшиеся и продолжающие борьбу фашисты (Кэт и ее белобрысый помощник, мальчики, совершившие теракт в поезде). Вторая - американцы. Причем не вообще американцы, а именно военные, то есть те, кто воевал против фашизма (не будем сейчас оценивать меру вклада американцев в эту борьбу). Условно - рузвельтовские силы. Потому что, как мы знаем, Америка была вовсе не едина по отношению к фашистской Германии. Кроме сил, которые лишь благодаря авторитету Рузвельта заставили США вступить в войну, были: - прямо фашистские силы, - были силы, считавшие, что фашистов надо не добивать, а использовать в борьбе против СССР (вспомним известные по "17 мгновениям весны" переговоры А.Даллеса с генералом Вольфом - так вот Даллес действовал вопреки прямому приказу Рузвельта) - именно они после войны собирали фашистских спецов для работы на США, - были очень мощные корпорации, которые вели бизнес с фашистами (в фильме есть фраза о том, что промышленники США инвестировали в экономику фашистской Германии), а по окончании войны стояли за "планом Маршалла" для Германии, - были пацифисты, которые не хотели воевать из либеральных убеждений (позже, в период вьетнамской войны они составили костяк антивоенного движения США), - были коммунисты (и немало, их потом уже вырезали в ходе "охоты на ведьм", развязанной Гувером, который постоянно пугал публику кознями большевиков). В ходе войны рузвельтовские силы (в основном, военные) как-то цементировали американскую политику по отношению к Германии, но сейчас-то уже поздняя осень 45-го года (по фильму), в Америке Трумэн, и на пороге уже "холодная война". Итак, "вервольфы" и американские военные противостоят друг другу. Теперь, какие силы есть в Германии? Есть некая сотрудничающая с американцами условно антифашистская сила. Она символизируется образом еврея, которого приводит американский генерал, чтобы тот подтвердил лояльность Макса - отца героини. Кстати, сам Ларс фон Триер, который блистательно сыграл эту роль, относится к этой силе весьма иронично (очень смешная сцена, когда дюжие сопровождающие вносят разборный столик, раскладывают листы - и появляется с важным видом маленький бритый еврей). Но эта сила в борьбе себя реально никак не проявляет. Мы знаем также, что есть русские. Но интересно - фон Триер эту силу из фильма исключает. Он никак не показывает русских - ни русскую зону оккупации, ни противостояние американцев и русских (есть только надпись на повешенных "вервольф" на двух языках: русском и немецком). Его задача - показать взаимоотношения Германии (а шире - Европы, потому и фильм называется "Европа") с Америкой. Вроде бы других ярко выраженных сил нет, но еще есть сама Германия. Она разная. Одна - нормальные люди, обыватели, и ей Ларс фон Триер вполне сочувствует (вспомним изможденные лица пассажиров, когда герой проходит по вагонам третьего класса, вспомним семью, которой герой помогает выйти из поезда - и город, и их дом полностью разрушен). Ради помощи этой Германии, собственно, и приезжает из Америки герой. Есть и другая Германия - средний класс, тупо дисциплинированный (дядя героя, экзаменаторы). Он презирает обывателей и пресмыкается перед высшими (начальство, американцы). Но главное для него - порядок, который превыше всего. Потому что интервенты приходят и уходят, а "орднунг" - он в душе. Наконец, есть и третья Германия - высшие классы. В фильме это семья героини. Для них, немногих, в состав поезда включают спальный вагон (фон Триер показывает почти сакральное отношение к нему), им фактически служит герой. Эта семья - в центре внимания как некий слепок мыслящей Германии, которой в новых условиях выбирать - как жить? Дочь (героиня) выбор сделала (хотя и в ней есть сомнения, "дневная" и "ночная" сторона"). Брат - вроде бы не конформист, но инфантил: и выбора не делает, и может жить. В ситуации внутренней катастрофы - отец, сильная и чувствующая личность. Он разрывается между виной за прошлое, за то, что служил фашистам (любовь к профессии в нем победила нравственность) и тем, что сегодня надо помогать американцам, идти против собственного народа. Он искупает вину и, одновременно, отказывается от предательства - смертью. Но в целом, вся показанная в фильме Германия - фон, а не действующая сила. Так кем в этом раскладе является герой? Похоже, он символизирует либеральную Америку (или его принимают за эту силу, но это непринципиально). Он не принимал участия в войне (чтобы не воевать против своих), но с тем большим рвением он стремится помочь Германии после войны. А силы, действующие в Германии, стремятся привлечь его на свою сторону: К сожалению, он не понимает Германию, которую приехал прекраснодушно спасать, не понимает ни расклада политических сил, ни меры и накала их конфликтности. Но герою все равно приходится определиться - на чьей он стороне. А дальше - рушатся иллюзии героя, и он проходит путь от идеализма до ненависти. И в конце фильма он взрывает всю эту Германию - и правых, и виноватых, без разбора. Считает ли режиссер, что он прав, и так и надо поступить? Или это слабость героя, и он ее осуждает? Это вопрос, но мне кажется, что фон Триер своего героя отнюдь не переоценивает. |
|
|
Гость_Urus_* |
![]()
Сообщение
#2
|
Гости ![]() |
Первую часть «Европы», до отправления поезда в кульминации фильма, можно охарактеризовать как обозначение основных пропозиций заданных моделирующих систем, а действия героя - как включение его в качестве актанта в различные семиологии. Представленные моделирующие системы можно свести к следующим конструирующим их семиологиям: 1) семиология национально-сословной чести / класс: бывшая нацистская элита (отец главной героини); 2) семиология гуманистического идеала / класс: потерянное поколение Америки (приехавший в Германию американец); 3) семиология бунта / класс: участники движения Вервольф (главная героиня); 4) семиология немецкой организации / класс: немецкий пролетариат (дядя героя, проводник).
Характерно, что герой, выступающий в качестве привилегированного актанта, обретает манифестацию исключительно посредством реализации своих предикатов. Главный действующий персонаж лишь заполняет предоставленные ему кинематографическим текстом содержательные лакуны. Почти на протяжении всего фильма он остается деперсонализованным, во всех случаях являясь жертвой объективации в рамках моделирующих систем. Причем в случае четвертой системы объективация актанта доведена до апогея формализованной логикой функционирования железной дороги. Человек выступает лишь атрибутом совокупности функционально зависимых элементов. Однако периодически эта упорядоченность, определяющая действия героя в соответствии с принятым акциональным кодом, расшатывается постоянными сбивами в принадлежности к той или иной семиологии, либо действием машины желания. Так сцена тактильного письма героя и героини (уровень машины желания) на игрушечной железной дороге в момент самоубийства отца (первая моделирующая система) автоматически переводит героя в статус соучастника реализации эдипова комплекса, прокладывая путь актуализации впоследствии плана Вервольфа. Далее, переход к реализации предиката уничтожения поезда (третья моделирующая система) придает пунктуально-педантичным процедурам контролеров-экзаменаторов (четвертая моделирующая система) комический эффект, что не замедляет распространиться на представление о менталитете всей нации. Этос, возникающий от просмотра обозначенных фрагментов фильма, возникает в результате постоянного переноса героя из одного семиологического уровня в другой. Так возникает эффект полифонии письма: вхождение в новые семиологии придает исходным неожиданные коннотации. Финальный момент фильма на время заставляет предположить возможность самоидентификации актанта. Правда, подобный шаг может быть обозначен не иначе как апофатически. Речь идет о попытке обрести самоидентификацию не путем определённого действия, но через отказ от предикации вообще. К подобному выбору героя приводит лингвистическая катастрофа, случившаяся по факту обнаружения фальсификации захвата возлюбленной в заложники. Т.е., поступивший от девушки сигнал о необходимости её спасения, обращенный к герою, был разоблачен в качестве симулякра, т.е. означающего, которое не отсылает к своему референту (захвата в заложники не было, соответственно фиктивным являются все следствия, вытекающие из пресубпозиции шантажа). Именно постоянное столкновение героя с тем, что знак в этом мире предполагает часто вовсе не то значение, которое ему вменяется (условие коммуникации) приводит к тому, что актант принимает решения остановить процесс семиозиса вообще. Т.е., не просто отказаться от той или иной моделирующей системы, а упразднить их все одновременно, точнее даже осуществить снятие самого условия, порождающего процесс их различения. Соответственно семиотическим бунтом является попытка девальвации привилегированного означающего, принявшая в данном случае почти символический образ уничтожения поезда-истории. Функцию такой технической процедуры выполняет теракт, который герой, в конце концов, и совершает. Остановка процесса семиозиса, облеченного в метафору остановки движения поезда-истории, имеет целью нечто весьма абсурдное в плане логики всех описанных акциональных кодов. Однако осуществляя действие по зачеркиванию знака, герой лишь способствует процессу семиозиса на другом уровне. Финальная сцена передвижения трупа, где предикация принимает форму пассивного залога, указывает на продолжение процедуры письма. |
|
|
![]()
Сообщение
#3
|
|
Администратор ![]() ![]() ![]() Группа: Главные администраторы Сообщений: 391 Регистрация: 3.11.2006 Пользователь №: 1 ![]() |
test
|
|
|
![]()
Сообщение
#4
|
|
Активный участник ![]() ![]() ![]() Группа: Актив Сообщений: 1158 Регистрация: 8.6.2007 Пользователь №: 1244 ![]() |
Кристиан Буше - генеральный секретарь французского движения "Новое Сопротивление", сопредседатель "Европейского Фронта Освобождения", издатель журнала "Лют дю Пепль" в интервью ("Элементы" №8, М., 2000) на вопрос о кинематографических предпочтениях, заявил:
К.Б.: По возрастным причинам я остановился на фильме "Заводной апельсин"... Очень интересен также "Изумрудный лес". Но младшее поколение считает, что "Прирожденные убийцы" и "Pulrfiction" (Криминальное чтиво - maja) более современные аналоги этих культовых картин. Популярен также фильм "Европа"... Эл.: ...Кеннет Энгер? К.Б.: Совершенно неизвестен в широкой среде. Его фильмы любят и ценят в основным либо специалисты, либо высшие иерархи движения. |
|
|
![]()
Сообщение
#5
|
|
![]() Активный участник ![]() ![]() ![]() Группа: Актив Сообщений: 1346 Регистрация: 27.11.2006 Из: Москва Пользователь №: 60 ![]() |
Интерес фашистов к «Европе» сам по себе факт интересный, но...
Вообще-то поскольку Ларс фон Триер как любой талантливый режиссер всерьез задается в своих фильмах серьезными вопросами, а не пишет школьную проповедь, его иногда сложно понять и даже возможно двояко истолковать. Да, и впрямь, тема фашизма явно проходит рефреном через все творчество Триера. Очень явно высвечивается она в «Догвилле», где героиня, носящая говорящее за себя имя Грейс («Милосердие») пытается весь фильм подходить к людям с этой самой «меркой Милосердия». Наконец, пройдя через все мучения, преподнесенные ей «образцовыми жителями» «образцового городка» стирает данный городок с лица земли со всем его населением. Вроде как в этом акте явлена «руца божья», рука Гнева, являющаяся, наравне с рукою Милосердия, второю ипостасью ветхозаветного бога... Такой финал действительно весьма похож на оправдание теоретических обоснований фашизма: люди суть недочеловеки, скоты, могущие вести себя лишь по-скотски, а значит жить не достойные; пошедший по пути жалости к ним - погибнет, их не спася (ведь в «городке», даже в отличие от Содома и Гоморры, нет ни единого праведника!), их возможно лишь истреблять. В общем, как сказал бы Мефистофель, «творенье не годится никуда». Однако - на то это и Триер! - последние кадры реальных фотографий с несчастными, беззащитными нищими времен описываемой автором эпохи Великой депрессии - разительно отличаются от образцового, подчеркнуто «теоретического», не зря находящегося на театральных подмостках кукольного городка. И этих людей жалко, рука смотрящего на них не поднимется. Таким образом, под конец дается уже совершенно отличная, новозаветная трактовка нищих, апеллирующая к иной мере сострадания к людям - и мере их оправдания. В продолжении сюжета, фильме «Мандерлей», Триер и вовсе подвергает насмешке свою не в меру темпераментную героиню, пытающуюся выстроить жизнь негритянского поселка на весьма ограниченных познаниях в хлопководстве и человеческой морали и под конец с удовольствием докатившейся «до ручки» (включая применение на практике столь осуждаемого ей поначалу рукоприкладства). Это фильмы поздние. Но и в более ранних фильмах, таких как «псевдомыльная опера» - «Королевство» уже отчетливо видно, как Триер отвергает соблазн фашизма. Во второй части данной недоснятой трилогии нам показывают собрания сатанистов, выкликающих а ля скинхедовские лозунги в адрес подлежащих уничтожению «нищих и ущербных». И возникает весьма сильный образ ребенка-«урода», рожденного, чтобы стать Антихристом, но предпочевшего роль Христа. Что касается «Европы@«@@ При желании, конечно, можно найти возможность трактовать ее как «песнь верфольфу». Под конец герой, приехавший, чтобы возрождать Германию после фашизма и сталкивающийся на каждом шагу со всем нетленным «пакетом прелестей» - от возведенной в веру раболепствующей исполнительности до откровенного «скелета» в каждом «шкафу», в том числе в биографии девушки, в которую влюбляется - в отчаянии взрывает весь прогнивший европейский мир. И - сам взрывается вместе с ним. В фашистской трактовке может получиться, что не фашисты являются частью этого прогнившего мира (Версальская республика как прямая причина фашизма). А напротив - этот тот прогнивший мир, против которого протестуют и фашисты (особенно нео-, к которым принадлежит упомянутый Кристиан Буше). А как же быть с тем, что вместе с прогнившим миром герой взрывает и недобитых верфольфовцев? Ну тут надо учесть, что для фашистов (и особенно «молодой поросли» важна эта тема!) «взрыв, уничтожающий мир» - как раз в самый кайф. Этот «неправильный» мир, как писалось уже выше, только и достоин того, чтобы быть уничтоженным. «Свернуть время», «продолжить войну на Сатурне@«@@ Почитайте, хотя бы, Дугина и Ко. Однако отметим, что как бы там ни хотелось думать фашиствующим «молодым европейцам», в кинематографии образ «взрыва мира» имеет совершенно другие корни. Он апеллирует, конечно же, к революции. Однако вот отнюдь не фашистской. В конце посвященного студенческим волнениям фильма Антониони «Забрийский пойнт» героиня «виртуально» взрывает символическое здание «старого мира». Уверена, что полуреальный взрыв, убивающий находящегося в гипнотических поисках героя «Европы», к этому произведению маэстро и адресуется. Конечно, если продолжить линию, можно дойти до полностью построенного на фашистской теме «Бойцовского клуба». И ...вернуться к «Европе», отождествив два сюжета. Вероятно, молодые неофашисты это также делают. Однако натянутость сравнения очевидна для любого не полностью ангажированного кинозрителя. Конечно, для определения разницы между воспеванием и проклятием фашизма в «Европе» необходимо смотреть на режиссерскую интонацию. Чего фашиствующая молодежь, опять-таки, делать не хочет. А также - на контекст других высказываний того же автора, что было отчасти проведено выше. Ведь без нюансов... Этак и «святую проституцию» из триеровского «Рассекая волны» можно (и, при наличии наклонностей, даже с удовольствием) смотреть как садо-порно... Ох, и вообще-то произведения искусства могут быть ой как опасны для восприятия юных умов... Не зря ведь шеф Главного управления имперской безопасности нацистов, а вслед за ним и Геббельс настаивали, что «при слове культура рука тянется к пистолету» - тонко ведь, согласитесь, сволочи чувствовали подвох!.. И подвох этот, понятное дело, может быть самого разнообразного свойства. Так, и в Родионе Романовиче Раскольникове какой-нибудь недоучившейся в школе (и не дочитавший «Преступление и наказание» - до конца!) юный хулиган может - запросто, увы - найти своего «героя@«@@ |
|
|
![]()
Сообщение
#6
|
|
Активный участник ![]() ![]() ![]() Группа: Актив Сообщений: 1560 Регистрация: 12.4.2010 Пользователь №: 1766 ![]() |
Можно, конечно, под разными углами рассматривать фильм. Главный герой Леопольд Кеслер попадает в послевоенную Европу и посредством каких-то конспирологических цепочек оказывается в семье Хартманав, которые владеют ж\д компанией «Центропа». Символически это значит, что Кеслер оказывается в элитных кругах, владеющих Европой. (Центропа, Европа – достаточно прозрачная аллюзия).
К семье Хартман, а еще шире в семье и ближайших к ней кругах принадлежит несколько человек. Но если мы считаем, что семья Хартман – образ элиты послевоенной Германии (Германии, управляющей Европой-Центропой), то каждый член семьи (каждый входящий в ее круг) олицетворяет какой-то особый проект. А кого мы видим тут: 1. Отец семейства Макс Хартман олицетворяет модерн, модернистский проект в его мейнстримном капиталистическом выражении. 2. Дочь Катарина Хартман, член подпольной нацистской организации «Вервольф» - она олицетворяет контрмодернистский проект. 3. Сын Ларри Хартман, олицетворяющий постмодерн, постмодернистские тенденции в культуре (один вервольфовец говорит, что Ларри – педик, сам Ларри служить не служит, хочет куда-то в Америку. Это постмодерн). 4. Ну есть и еще проект религиозный (домодернистский), который выражает священник, близкий к семье. Пришедшая американская оккупация в лицу полковника Алекса пытается отмыть Макса (выражающего модерн) от связей с нацистами в годы войны. Но модерн на то и модерн, что он не выдерживает лжи – Макс кончает жизнь самоубийством. Модерн кончился… (Саоубийство Макса – чем не смерть модерна в послевоенной Европе?) Леопольд Кеслер выражает какой-то идеалистический проект, рузвельтовский. В чем-то Леопольд адресует нас к Томасу Манну: германское происхождение, эмиграция в США, постепенное возвращение на родину, идеалистические взгляды наподобие рузвельтовских. Возможно с Томасом Манном здесь натяжка сильная в интерпретации, но как бы то ни было Триер очень особым образом распоряжается судьбой младшего Кеслера. Кеслер гибнет – погибает идеалистический гуманистический проект. А вот Катарину и др. вервольфовцев берут в свои руки американские оккупационные войска. И это тоже важно. Отсылает к фашистскому проекту, переносимому в американскую элитную среду, к Вернеру фон Брауну, к примеру. К тому чтобы на какое-то время стать инструментом в руках американцев. Кеслер погибает, а вот про судьбу Катарины мы ничего не знаем. Может она погибает (будучи прикованной к столу пульмановского вагона), а может нет. Проект-то в любом случае выжил… |
|
|
![]()
Сообщение
#7
|
|
Новичок ![]() Группа: Пользователи Сообщений: 1 Регистрация: 10.3.2011 Пользователь №: 3065 ![]() |
Хочу написать свои ответы на вопросы возникшие в ходе обсуждения фильма на Киноклубе 07.10.11
(так как они не совсем совпадают с тем, что я слышал) Мне кажется фашизма фильм касается лишь опосредованно, показывая его следствия. Война проиграна и Германия в руинах, такие же руины в душах людей. Это видно во всём. Хотя не все люди разрушены до основания - есть ещё "фанатики" - организация Вервольф, которая не отошла от своих идеалов. Что защищает эта организация? Фашизм? Старую систему? Ни в коей мере! Они защищают свою Родину. Свою Родину от США. Именно ради идеала Родины один из главарей организации жертвует двумя мальчиками. И пастор говорит о борьбе за свои идеалы, но пусть и враг сражается за идеалы тоже. Борьба за высокое - оправдана. Я сказал бы что это фильм о покаянии и о любви. О высокой любви, о снисхождении, о прощении, о доброте. Германия просит о прощении, о толике тепла. Кто-то говорил, что главная героиня "цинично манипулировала" наивным американцем - категорически нет. Любила ли она его? В обычном понимании этого слова - нет. Но скажите горячо ли вы любите солнечный свет? А если представить что это последний луч, последний раз когда вы его ощущаете, сидя при этом в глубокой яме, выхода из которой нет и не будет? Такой луч света вы будете пить, словно последние глотки воды в пустыне. Именно это и просит героиня - хоть толику тепла, хоть каплю доброты. При этом отчётливо осознавая, что на ней как на немке, опосредованно - все жертвы войны, все евреи загубленные в лагерях. И непосредственно ею убит тоже наверняка не один человек. Она в глубокой яме греха, выхода нет. Но и не защищать Родину, которую рвут на части США она не может. (с причастием, считаю тоже самое - она искренна, хоть и не верит что заслуживает прощения, но кается искренне) Она просто хочет надеяться, что хоть где-то она ещё Человек, после всего того, что происходило с её страной. Тут стоит разделять Германию и фашизм. Родину и политику руководства. При этом, героиня не пытается оправдать ни себя, ни других - все допустили фашизм. Когда речь заходит о взрыве поезда, она говорит, что все мы тут и убивали и предавали по многу раз, просто чтобы выжить. Среди нас невиновных нет. Все грешные настолько, что от убийства большого греха не будет, лишь бы остановить этот ПОЕЗД. В какой-то момент в лице героини, мне показалось "немцы хотят самоубийства", потому что жить после фашизма и последствий такой войны .... КАК? Никак. Поезд это Германия. В начале фильма звучат слова: спальный вагон № ... снова на ходу! СНОВА НА ХОДУ! Германия снова начинает жить и работать. И немцам должно быть жутко, потому что они только что уже были "на ходу" и прекрасно ощущают последствия. Почему же так важно остановить этот поезд? Послушание и дисциплина у немцев в крови, красной нитью через весь фильм, и это сыграло свою роль в фашизме. Сейчас тоже самое: послушание и дисциплина тянет Германию на дно как страну, и немцев как нацию - ничего другого США не предлагают. Они боятся быть послушными и бездушными, но теперь не в руках фюрера, а в руках США. Как верно говорит главный герой - нужно остановить этот "поезд". После таких ошибок всегда нужно отдышаться, осознать, покаятся и изменить себя. На это нужно время, а США уже хотят снова разогнать "поезд" для своих целей (пусть пока только коммерческих). И если этот поезд невозможно остановить - его необходимо взорвать, не считаясь с жертвами - иначе будет ещё больше жертв. Из-за чего совершил самоубийство отец? Мне кажется он перешёл через край, перестал ощущать себя человеком. Сначала он сотрудничал с нацистами - послушание и дисциплина. Но у фашистов его поезда возили евреев на смерть. Теперь необходимо сотрудничать с американцами, опять запускать этот поезд и снова бездумно ПОДЧИНЯТЬСЯ. (потому он и говорит главному герою - не подчиняйся. стоило бы добавить - думай сам, чувствуй сам, открой душу) Причём, что очень важно, всё это изначально нечестно. По-честному за связи с нацистами ему полагалось бы наказание (как минимум лишение компании), но американец готов лгать и при этом хочет чтобы этот "поезд работал". Обеспечивает он это ... вынуждая лжесвидетельствовать ЕВРЕЯ! Того самого еврея, которых в предыдущей "работе поезда во лжи" уничтожена масса. Отец один раз участвовал в такой "работе поезда", к чему это привело - известно. И вот перед ним таже самая картина - "нужно чтобы поезд работал"+"ложь"+"угнетение евреев". Красноречиво. Он и так-то себя не чувствует нормальным человеком, а тут как выяснилось ему предлагают сделать тот же шаг второй раз. В первый раз он может смалодушничал, а может не понимал, но сейчас - яснее ясного. Единственный выход поступить хоть как-то по-человечески, вернув себе хоть тень идеала - самоубийство. Что он и сделал. Организация его похорон в такой разрухе, при запретах на сборища, ценой очень больших усилий и риска - долг, который живые, но допустившие фашизм, отдают мёртвому, но не пожелавшему "второго фашизма", со смертью вновь обретшему хоть часть Идеального, Человеку. И потому его гроб не бросают, при разгоне сборища, спасая свою жизнь, а пытаются уносить - пытаются не через собственную смерть, а таким образом отдать долги. Долги которые после войны есть у каждого. Вообще весь фильм говорит о том, что в жизни и такое бывает. И такое человек может натворить. И порой бывает что-то, что искупается только смертью. Но ведь нужно жить дальше. А как? Убив всех виновных? Столько же немцев, сколько они убили в лагерях? Тупик. Дальше можно жить, только если простить. Не забыть, но простить. Мы должны простить. Мир должен простить. Единственный способ не размножать зло, когда оно уже свершилось - простить. Помнить и не допускать в следующий раз, но простить. Мне кажется ещё и об этом просит героиня... изнутри понимая, сколько зла уже сделано. Не за себя просит, за Германию. И именно поэтому она просит взорвать поезд - чтобы ни в коем случае не повторить, пусть и ценой жизни своих соотечественников. Ещё один план, который мне кажется актуальным - наивный обыватель в политике. Идеалистичный обыватель в политике. (здесь за темой могу не уследить, если нужно я на еоте - http://eot.su/user/43) |
|
|
![]()
Сообщение
#8
|
|
Активный участник ![]() ![]() ![]() Группа: Актив Сообщений: 985 Регистрация: 13.10.2007 Из: ДВ Пользователь №: 1274 ![]() |
Война проиграна и Германия в руинах, такие же руины в душах людей. Это видно во всём. Хотя не все люди разрушены до основания - есть ещё "фанатики" - организация Вервольф, которая не отошла от своих идеалов. Что защищает эта организация? Фашизм? Старую систему? Ни в коей мере! Они защищают свою Родину. Свою Родину от США. Именно ради идеала Родины один из главарей организации жертвует двумя мальчиками. И пастор говорит о борьбе за свои идеалы, но пусть и враг сражается за идеалы тоже. Борьба за высокое - оправдана. "Вервольф" защищает фашизм и очень сложно найти "просто патриотов" в этой фашистской организации. А то что для фашистов понятия "нацизм " и Германия означали одно и тоже не в коей мере не оправдывает и не возвышает их действия. Идеалы бывают разными, как это было в годы войны: в СССР одни, в США другие. Однако между идеалами в этих странах было много общего и не только общий враг- фашизм. Ставить же на одну доску "идейных" "возвышенных" нацистов из Вервольфа и тех кто боролся с фашизмом ну никак нельзя. Оправданию злу (а фашизм это абсолютное зло) быть не может и не должно. |
|
|
![]()
Сообщение
#9
|
|
Новичок ![]() Группа: Пользователи Сообщений: 2 Регистрация: 9.10.2011 Пользователь №: 5337 ![]() |
Когда гениальный художник делает свое дело самым тщательным образом, не используя простых методов воздействия на публику, не морализируя и не вводя задним числом оценочных характеристик, возникает именно этот эффект. Эффект почти невероятной, болезненной сложности реальности. Да, "фашизм это плохо", и оправдывать его нельзя. Но кроме этого есть еще такой спектр состояний и обстоятельств, которые не подлежат холодной аналитической оценке "со стороны." по некоторым причинам мне бы хотелось обсуждать главную героиню. но перед этим приведу цитату из интернета о вервольфе. интернет может показаться ненадежным источником, но для меня это возражение снимается внутренней непротиворечивостью приведенных встатье фактов.
"До 1945 года женщины служили только во вспомогательных подразделениях вермахта. Нацисты не хотели отрывать женщин от семьи и отправлять на войну. Но в последние месяцы войны спецслужбы СС набирали в вервольф молодых женщин. В феврале 1945 года Кристу Шпеннеман, возглавлявшую в то время Союз немецких девушек, вызвали в Грайфсвальд. Ее призвали в вервольф. Вместе с тремя сотнями женщин Криста Шпеннеман училась обращаться с оружием, стрелять из пистолета и из противотанкового ружья. Женщин учили не только стрелять - их учили бесшумно убивать ножом. После кратковременного курса обучения, который продолжался всего три дня, девушки узнали, что они не могут отказаться идти в вервольф, а то их родственников расстреляют как заложников. «Потом пришел мужчина в штатском и сказал нам, что мы теперь обученные бойцы вервольфа, но не объяснил, что это значит, - рассказывает Криста Шпеннеман. - Потом он еще немножко поговорил, а под конец сказал: «И вот что еще вы должны знать. Если вы получите приказ действовать за линией фронта и не выполните его, то ваших близких расстреляют». Криста Шпеннеман смогла отвертеться от службы в вервольфе и вернулась домой, но другие девушки, в том числе 23-летняя Ильза X. из Аахена, участвовали в террористических операциях. Теперь Ильза X. говорит: «Я никогда не чувствовала себя солдатом, который должен идти на фронт и воевать за Фатерланд. Я делала все, что приказывали, но без фанатизма». «Я думала, что я поступаю правильно. Человека приговорили к смерти, этот приговор должен быть приведен в исполнение. Об остальном я не задумывалась". может ли главная героиня расчитывать на понимание? не на прощение не на жалость а на понимание? И если может, то какой она при этом должна извлечь урок из произошедшего? персонаж... каждый из нас персонаж... выступающий на сцену в начальной точке и сходящий с нее в конечной. но никто не плох и не хорош от первого мига жизни до последнего. с детства на наш характер накладываются уклад и привычки общества, в котором мы живем. И зачастую именно этим коктейлем и определяются все наши поступки. сознательно или неосознанно наше Я руководствуется привычными мерками и не задумывается о том, что в жизни может наступить момент, когда каждый шаг становится жизнеопределяющим. Иногда цепочка маленьких неверных шагов заводит в железную клетку. И вот тогда Я начинает задумываться. Оно начинает понимать, хотя чаще всего оказывается уже слишком поздно. но выход возможен. осознав все ошибки, приняв себя таким какой есть, человек может совершить восхождение к Я'. Его совесть не даст ему спать по ночам, заставляя снова и снова искупать свою вину, но у Я' хватит сил вынести это и научить бороться других. Только в таком случае мы можем говорить о понимании и извлеченных уроках. Главную героиню - молодую избалованую немецкую девушку можно понять. Она действительно могла ошибаться и оступиться. но восхождения к Я' она не совершила. в этом плане примером восхождения к Я' может служить ее брат. который тоже судя по сюжету состоял в Вервольфе. Но предпочел смерть и ставшую его восхождением. Эта линия кажется мне самой глубокой в фильме. потому что здесь Триер пытается задать вопрос об изменении человека таким образом, чтобы Я всегда было готово дать отпор разрушительным силам зла, в какую форму они ни были бы облечены... вот как-то так... Хотя вопрос на самом деле еще глубже... |
|
|
![]()
Сообщение
#10
|
|
Активный участник ![]() ![]() ![]() Группа: Актив Сообщений: 1158 Регистрация: 8.6.2007 Пользователь №: 1244 ![]() |
Все никак не соберусь написать развернуто. Но сразу хочется заметить, что, во-первых, вся коллизия с девушками, принуждаемыми сотрудничать с вервольфом под угрозой смерти близких, на мой взгляд, не имеет отношения к героине фильма. Режиссер показывает, что она не жертва манипуляций, а одно из самых жестоких и овнутривших фашизм действующих лиц. Вспомните, что она говорит своему американскому визави про зверя, который в ней живет. И именно она шлет письма отцу с угрозами. Думаю, расправа с братом происходит примерно по тому же сценарию, что и с отцом. И связана с тем, что он-то как раз не имеет никакого отношения к вервольфу, и вообще к фашизму. Правда, Триер не дает ни малейшей возможности его идеализировать. Он избалован, испорчен, аполитичен и не вызывает ни малейшего уважения, в том числе и у родной сестры, использовавшей его смерть для манипуляций американским "добровольным помощником Германии". Который и выходи из себя в конце фильма от осознания сей нехитрой коллизии, а заодно и размера пропасти под названием "фашизм". Пропасти, преодолеть которую он не в состоянии. Она его поглощает и отправляет домой, в качестве послания-предупреждения.
-------------------- |
|
|
![]()
Сообщение
#11
|
|
Новичок ![]() Группа: Пользователи Сообщений: 2 Регистрация: 9.10.2011 Пользователь №: 5337 ![]() |
я ни в коем случае не оправдываю главную героиню, но "результат" так сказать, слишком на поверхности... а мне интересен генезис, и варианты выхода из подобной реальности. слова "во мне живет зверь" это кусок, вырванный из сознания. Но если она уже задумалась о звере, значит в ней уже идет борьба... хотя это может быть просто киноподход... кто же скажет за героиню лучше чем она сама... никто не в силах представить себе как зверь вошел в ее сознание, какая борьба в ней шла, какую ломку она пережила, сохранив разум, тогда когда многие его теряют, и что там осталось светлого в какой пропорции и какой силы.
|
|
|
![]() ![]() |
Текстовая версия | Сейчас: 29.8.2024, 8:24 |